ЛУЧШИЙ БОЕЦ

Оксана Романова

ЩЕДРОЕ ДАРЕНИЕ

ШЛЯГЕР ГОДА

«Каникулярная» с легкой руки Катьки Ковальчук

ИЗ ДОСУГОВ

Песня «Смерть лапушонка» осталась в веках. На следующее утро после исполнения советницы выдали авторам (Паше и Саше) на завтрак по 20 грамм каши. Адыщ :)

ПЕРЛЫ

Формулировка наряда «За полутракторный синдром» пришла от Грини: «С утра не заводится, вечером не остановить».

Мемуар

А. А. Пирогов («Июль»)

...в 89-м году Aльберт Николаевич (именно Aльберт, а не Альбeрт, знать бы, почему) к нам в первый же день приехал. «Соберите, пожалуйста, всех детей, хочу с ними поговорить.»
...??...
— Ребята, у меня к вам поручение от руководства совхоза. Не поручение даже — просьба... не знаю, как и сказать. Вы — наша последняя надежда. В этом году в совхозе посеяно сорок гектаров турнепса, а работников на прополку, кроме вас, нет. Если турнепс не прополоть, он не вырастет; нет, конечно, вырастет ботва, но корнеплода не будет, нет, не будет. Нечем зимой коров будет кормить. Выручайте!

Бланк договора.
«Мы, ученики 410-й школы обязуемся прополоть 40 га турнепса. Руководство совхоза обязуется выплатить премию в размере 40% заработка, если объем выполненных работ составит не менее 90% заказа. Директор совхоза… Главный агроном… Руководитель бригады школьников».

И вошел 89-й в лапушатскую историю как год невиданной ни до, ни после производительности труда. Отряд в 24 человека прополол 40 гектаров. Сорок! До сих пор никто не понимает, как тогда это удалось. Правда, погода была хорошая, но сорняк был не хуже. Есть фотодокумент: стоит Советник Игорь Александрович (рост 198 сантиметров, мастер спорта по прыжкам в высоту), держит в руках лебеду, опирающуюся на землю. Лебеда ВЫШЕ Советника на целую голову. Пардон, длиннее.
А последнее поле закончили в последний же день к «Шабашу».

Премию получили.

— Ребята, сегодня на вашей заключительной линейке, — Aльберт Николаевич был заметно взволнован, — должен признаться. Когда мы заключали договор, никто не верил, что вы сможете столько сделать.

Да мы и сами не верили. А «ЛАПУШКО-89» в советнических разговорах получил титул «Солнечный». Солнца было в избытке. Купаний, футбола, лапты, картошки, дoсугов, песен, смеха... Славно отдохнули.

А. Фомин

Каждый день на штабе подсчитывали, сколько сделали за день, сколько всего уже готово, сколько еще осталось.
Вертятся цифры в голове: 1,6–1,7 га в день.
Видимо, сработало именно это психологическое давление «если не мы, то кто?».
В последний день, закончив всё к Шабашу, шли домой не по дороге, а прямо по полям, перепрыгивая канавы. Серега Волженков забросил рабочие кеды-шиповки в кусты. «Просьба — не следовать дурному примеру», — послышалось ПАМовское.

А. А. Пирогов («Июль») Футбольное

в 89-м в Туксе гостил какой-то парень, который (нам потом сказал) играл за сборную Карелии. Вызвали местные нас.
А у нас Игорь Саныч был, машина двухметровая, Серега Волженков, тоже монстр квадратный. Андрей Саныч играл, Димка, Рома... Первую игру выигрываем 3:2. Они второй раз вызывают. Проигрываем 1:3. Теперь уж мы предложили — давайте контровую.

Заруба была страшная.

Этот, из сборной, каких только финтов не показывал. Толку от этого, правда, было мало, к воротам его все равно не пускали, но местные, как только к нему мяч попадал, аж визжать начинали, особенно девицы. Страсти накалились до предела, начали грубить. Кто-то уронил Игорь Саныча, тот обиделся. Когда двухметровый гигант обижается — это жутко. По полю Игорь Саныч стал ходить по прямой, словно просеку прорубал. Местные тоже в долгу не остались. Как борьба за мяч — кто-то лежит.
Последние секунды идут, ничья. И буквально под свисток у наших ворот свалка, местные орут — рука! Пирогов как раз у другого края был (да он без очков и не видит ничего), только руками развел — не знаю!
Наши жмутся, местные наседают — пенальти!

Пробили они и забили, естественно.

Отыграться мы не успели, так и уехали побежденными.